Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни.

Несомненно, именно профессиональные впечатления доктора Булгакова, отраженные прежде всего в «Записках юного врача», легли, по сути, в основу его литературной судьбы.

Кто из молодых врачей не знаком с этими душевными терзаниями по поводу последствий возможно совершенной ошибки, неправильного хирургического приема, излишней смелости. Мучительные переживания, они мешают работать, лишают спокойствия. И благо, если рядом оказывается старый опытный доктор, способный развеять тревогу, проанализировать факты. Художественная литература – жанр, в котором личный опыт автора переплавляется в строки. Минимум обработки превращает опыт в мемуары, однако для будущего классика литературы, банальное «где я был и что я видел» были неинтересны в принципе. А потому бывший врач Никольской Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. земской больницы Михаил Булгаков описал свою юность в небольшом цикле из 8 рассказов, написанных от первого лица доктором Бомгардом.

В цикл объединены истории, в которых рассказываются случаи из врачебной практики молодого сельского врача. События, описанные в «Записках», имеют под собой реальную основу. М.А. Булгаков около года (29 сентября 1916 — 18 сентября 1917) проработал земским врачом в деревне Никольское Сычёвского района Смоленской области, после чего был переведён в городскую больницу Вязьмы (также Смоленская область), где работал до февраля 1918 года. Воспоминания тех лет и заложили фундамент данного цикла произведений.

Все рассказы, входящие в цикл, в 1925-1926 гг. публиковались в московском журнале «Медицинский работник», а Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. также («Стальное горло») в ленинградском журнале «Красная панорама. Впервые 3аписки юного врача в виде цикла вышли в 1963 г. в Библиотеке «Огонька» (№ 23) без рассказа «Звездная сыпь» (как не имеющего прямых указаний на принадлежность к циклу), с изменением заглавия «Стальное горло» на «Серебряное горло» и датировки событий с 1917 г. на 1916 г.

Рассказ «Вьюга», посвященный поездке врача из Мурьева на помощь менее опытному коллеге (оказывается, оба они «похожи на два портрета одного и того же лица, да и одного года»), очевидно, воссоздает историю вызова доктора Булгакова в село Высокое, входившее в Гривскую волость, вблизи которого располагался и хутор Гришково (возможно, названный в Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. рассказе «Пропавший глаз» Грищево). В Высоком и находилось имение Шереметево (во «Вьюге» Шалометьево). Оно принадлежало графу А. Д. Шереметеву — потомку старинного дворянского рода, известного со времен Дмитрия Донского. Бабушкой его была актриса П. И. Ковалева-Жемчугова, бывшая крепостная, по завещанию которой в Москве был построен странноприимный дом (теперь в этом здании — институт им. Н. В. Склифосовского).

Во исполнение завещания матери А. Д. Шереметев открыл в Высоком больницу и богадельню. По своей инициативе он организовал здесь двухклассное училище, народную библиотеку и пожарную команду. Вспомним, что и во «Вьюге» врача в Шалометьево и обратно везет пожарный.

В ночной вьюге и происходит Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. поединок с волчьей стаей. Введя морфий жениху погибшей девушки, дождавшись, пока он заснул (помощь такого рода при психическом стрессе всегда необычайно важна), врач собирается обратно в свою больницу. В поле нехорошо, врача уговаривают заночевать в Шалометьево, но в больнице тяжелые больные, нуждающиеся в постоянном наблюдении.



Санки трогаются. Весь мир свился в клубок, п его трепало во все стороны. Дорога пропадает, врач с возницей находятся в поле уже около четырех часов. Доктор и пожарный меняются местами, чтобы в бешеной метели вывести уставших лошадей на дорогу. Внезапно кони дернули и заработали ногами оживленнее… «По правой руке я вдруг различил темную точку, она выросла Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. в черную кошку, потом еще подросла и приблизилась. Пожарный вдруг обернулся ко мне, причем я увидел, что челюсть у него прыгает, и спросил:

— Видели, гражданин доктор?.. (Выражение «гражданин», несомненно, относится ко времени после февральской революции 1917 г. — Ю. В.).

… Лошади всхрапнули и понесли. Они взметывали комьями снег, швыряли его, шли неровно, дрожали.

И у меня прошла дрожь несколько раз по телу. Оправясь, я залез за пазуху, вынул браунинг и проклял себя за то, что забыл дома вторую обойму… Я обернулся и увидел совсем близко за санями вторую четвероногую тварь. Могу поклясться, что у нее были острые уши и шла она за Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. санями легко, как по паркету. Что-то грозное и наглое было в ее стремлении. «Стая или их только две?» — думалось мне…..

— Держись покрепче и лошадей придерживай, я сейчас выстрелю, — выговорил я голосом, но не своим, а неизвестным мне.

… Мне сверкнуло в глаза и оглушительно ударило. Потом второй раз и третий раз… Я наконец справился с тяжелой овчиной, выпростал руки, поднялся. Ни сзади, ни с боков не было черных зверей» .

Только мужество врача спасло его и пожарного. Волнение пережитого переполняет его, на вопрос о том, удалось ли спасти девушку, доктор отвечает равнодушно. Однако на самом деле он Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. продолжает думать о смерти в Шалометьево. Врач вынимает том хирургии, хочет посмотреть раздел о переломах основания черепа, но сон охватывает его. Да, такова эта профессия. И в этом великолепном рассказе также есть не только картина врачевания, но и образ самого Булгакова.

Подчеркнем, что перед нами действительно штрихи непосредственно пережитого Михаилом Афанасьевичем.

К «3апискам юного врача», примыкает рассказ «Морфий», рассказ огромной нравственной и социальной силы, мост, переброшенный в будущее, опубликованный в «Медицинском работнике» в 1927 г., однако большинство исследователей этот рассказ в состав цикла не включает, поскольку он не только не имел никаких указаний на принадлежность к 3апискам юного врача при публикации, но Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. и достаточно сильно отличается от рассказов цикла по форме и содержанию. «Морфий» - самый мрачный из рассказов сборника. Фактически это монолог наркомана-морфиниста, коллеги доктора Бомгарда, покончившего с собой.

Но почему проблема наркомании так волновала Булгакова? Дело, возможно, не только в субъективных мотивах, в отражении лично пережитого Михаилом Афанасьевичем, хотя без этого «Морфин», очевидно, не появился бы. Описание истории страдания — величайшее предвидение. На переломе 20-х годов писатель стал свидетелем небывалых социальных бурь и потрясений, небывалого смятения душ и, быть может, ему представлялось, что раньше или позже эмоциональный иммунитет против иллюзий смертельно опасных наркотических эффектов станет остро необходимым. Художественное исследование этого Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. явления он, несомненно, считал чрезвычайно важной темой, глубоко увлекшей его.

Вот начальные такты рассказа: «… На синем дешевом конверте таял снег….. Я перевернул листок, и зевота моя прошла. На обороте листка чернилами, вялым и разгонистым почерком было написано: «… Я очень тяжко и нехорошо заболел. Помочь мне некому, да я и не хочу искать помощи ни у кого, кроме Вас… А может быть, можно спастись? Да, может быть, еще можно спастись?….

Собственно, это вступление, эти слова — «может быть, моя!но спастись», предваряющие воспроизведенную выше историю жизни и смерти Сергея Полякова, звучат, словно послание автора «Морфия», обращенное к врачам наших Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. дней. Однако почему-то именно медицина, именно врачебная корпорация пока даже и не попыталась вчитаться в волнующие эти страницы, полные острой жалости к угасающему больному, имеющие, убежден, еще недостаточно осознанный современниками непреходящий гуманный смысл и отражающие научное озарение врача-художника.

Например, современные авторы длительное время придерживались по отношению к подобным пациентам преимущественно жестких принципов. В 3-м издании БМЭ рекомендуется в качестве средства выбора одномоментное отнятие наркотика, поскольку «наркотический паек» в практике советской наркологической службы не принят. В принципе такие меры применяют во имя исцеления больного, но разве не стоит задуматься, почему шоковая терапия не дает должного эффекта. Рассказ «Морфий» повествует косвенно Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. о самом писателе. «Доктор Поляков» – отчасти и сам Булгаков: летом 1917 года он начал регулярно принимать морфий после того, как вынужден был сделать себе прививку от дефтерита, опасаясь заражения вследствие проведённой трахеотомии у больного ребёнка. Употребление наркотика вошло в привычку, избавиться от которой он смог лишь через год, благодаря стараниям его жены Татьяны и врача Воскресенского, своего отчима. Пронзительная история, где всего на нескольких страницах показан весь ужас наркомании, и её неизбежного результата – распада личности, потери близких и друзей, нравственной деградации.

А между тем как раз «Морфий», быть может, доказательнее, чем любое научное исследование, побуждает взглянуть на такого пациента Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. не с позиций запрещения и обвинения, а прежде всего с болью и состраданием. Рассказ с поразительной убедительностью показывает, что же происходит с человеком, попавшим в омут наркотического пристрастия, сколь быстр и необратим переход от психического компонента морфинизма к почти молниеносно развивающейся физической зависимости, к необходимости увеличения доз наркотика. Дневник Полякова буквально вопиет о том, как безмерно трудно спасти такого больного, даже если он, наконец, желает этого, и сколь мучительны, да, видимо, и антифизиологичны общепринятые методы лечения. Быть может, и поэтому, вследствие отгораживания от больного как от личности, до сегодняшнего времени лечение часто неэффективно.

Вот слова Полякова, поистине исключительно Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни. важные для наркологии: «Сегодня во время антракта на приеме, когда мы отдыхали и курили в аптеке, фельдшер, крутя порошки, рассказывал (почему-то со смехом), как одна фельдшерица, болея морфинизмом и не имея возможности достать морфий, принимала по полрюмки опийной настойки. Я не знал, куда девать глаза во время этого мучительного рассказа. Что тут смешного? Мне он ненавистен. Что смешного в этом? Что?

Я ушел из аптеки воровской походкой.

— Что вы видите смешного в этой болезни?

Но удержался, удерж…

В моем положении не следует быть особенно заносчивым с людьми.

Ах, фельдшер. Он так же жесток, как эти психиатры, не умеющие ничем, ничем Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни., ничем помочь больному. Ничем»

Константин Симонов писал в небольшом предисловии к «Морфию»: «Это рассказ о том, как неотвратимо гибнет человек, в силу ряда обстоятельств постепенно и поначалу незаметно для себя втянувшийся в употребление наркотиков. Булгаков написал этот рассказ с великолепным знанием дела, как врач, беспощадно ставящий диагноз и причин и последствий. Позиция Булгакова как писателя бескомпромиссна. Именно потому, что он любит людей, сочувствует им, он не боится выглядеть судьей тех слабостей, которые, с его точки зрения, недостойны человека».


documentagbgdkz.html
documentagbgkvh.html
documentagbgsfp.html
documentagbgzpx.html
documentagbhhaf.html
Документ Записки юного врача» - автобиография через призму личного опыта в медицине и жизни.